Дела о терроризме в России. Итоги I полугодия 2026 года.

В последние годы статьи террористической направленности занимают всё более важное место в системе уголовного преследования в России. Если первоначально они ассоциировались преимущественно с расследованием насильственных преступлений и деятельностью вооружённых группировок, то сегодня их применение охватывает значительно более широкий круг деяний — от участия в вооружённых формированиях и диверсионной деятельности до публикаций в интернете, признанных судами оправданием терроризма или публичными призывами к террористической деятельности.

Настоящий доклад посвящён исследованию судебной практики по делам террористической направленности за первое полугодие 2026 года. В его основу положены судебные решения, вынесенные по статьям 205–205.5 УК РФ в период с 1 января по 30 июня 2026 года. Исследование охватывает количественные показатели уголовного преследования, структуру обвинений, назначенные наказания, особенности судебной практики, распределение дел между судами, степень открытости судебных данных, демографический состав осуждённых, а также роль граждан Украины среди фигурантов подобных дел.

Проведённое исследование показывает, что уже по итогам первых шести месяцев 2026 года масштабы уголовного преследования по статьям террористической направленности не только остаются исключительно высокими, но и продолжают расти. Полученные результаты свидетельствуют о дальнейшем расширении практики применения антитеррористического законодательства, изменении структуры предъявляемых обвинений и усилении роли отдельных категорий уголовных дел, прежде всего связанных со статьёй 205.2 УК РФ. Всё это позволяет предположить, что 2026 годимеет все шансы превзойти уже рекордный 2025 год как по числу вынесенных приговоров, так и по количеству осуждённых по статьям террористической направленности.

За первое полугодие 2026 года военные суды в России провозгласили как минимум 1145 приговоров по уголовным делам, связанным с терроризмом (статьи 205, 205.1–205.5 УК РФ). Фигурантами этих дел стали 1234 человека.

Для сравнения, за аналогичный период 2025 года было вынесено 725 приговоров, а фигурантами дел стали 892 человека. Таким образом, всего за один год число приговоров увеличилось почти на 58%, а число лиц, привлечённых по соответствующим статьям, — примерно на 38%.

Эти данные свидетельствуют о дальнейшем стремительном расширении практики применения антитеррористического законодательства и позволяют говорить о том, что 2026 год имеет все шансы превзойти уже рекордный 2025 год по масштабам уголовного преследования по статьям террористической направленности.

Если соотнести эти данные с производственным календарём, картина выглядит ещё более показательной: при 117 рабочих днях в первом полугодии 2026 года российские суды в среднем провозглашали почти 10 приговоров по статьям 205, 205.1–205.5 УК РФ каждый рабочий день.

Отдельно следует отметить, что в первом полугодии 2026 года в отношении как минимум 34 человек были применены принудительные меры медицинского характера. Таким образом, доля таких случаев составила около 3% от общего числа осуждённых. Примечательно, что этот показатель полностью совпадает с результатами первого полугодия 2025 года: тогда принудительные меры медицинского характера также были применены в отношении 34 человек, что свидетельствует об отсутствии заметных изменений в практике применения данной меры, несмотря на существенный рост общего числа приговоров.

Известно ФИО лишь одного из таких фигурантов:https://memopzk.org/figurant/kildiyarov-vadim-ildarovich/

Помимо этого, в четырёх случаях уголовные дела, уже переданные в суд, были прекращены. В трёх случаях основанием стала «смерть обвиняемого», ещё в одном — «деятельное раскаяние». Примечательно, что данный случай прекращения дела в связи с деятельным раскаянием является первым известным в рамках настоящего исследования примером прекращения уголовного дела по статьям террористической направленности по такой формулировке. Учитывая тяжесть инкриминируемых составов и практику их применения в России, подобные случаи являются крайне редкими.

Речь идет о деле 46-летнего «айдаровца» Александра Горенова:https://memopzk.org/figurant/gorenov-aleksandr-dmitrievich

Наконец, в 6 случаяхматериалы дела были возвращены прокурору или руководителю следственного органа. В пяти случаях– в связи с нарушениями УПК, а в одном – в связи с неверной классификацией преступления (в сторону ужесточения).

Помесячная динамика количества вынесенных приговоров свидетельствует о дальнейшем наращивании масштабов уголовного преследования по статьям террористической направленности. Если в первом полугодии 2025 года ежемесячное число приговоров варьировалось от 70 до 152, то уже в 2026 году рост наблюдался на протяжении всего полугодия. В январе российские суды провозгласили 112 приговоров, в феврале —136, а в марте показатель впервые превысил отметку в две сотни, достигнув201. Максимальное значение было зафиксировано в апреле —243 приговора, после чего показатель сохранился на стабильно высоком уровне:224 приговора в мае и 229— в июне. Таким образом, начиная с марта 2026 года российские суды ежемесячно выносили более 200 приговоров по статьям 205–205.5 УК РФ, тогда как за аналогичный период 2025 года ни в одном месяце число приговоров не превышало 152.

Квартальная динамика свидетельствует о дальнейшем ускорении масштабов уголовного преследования по статьям террористической направленности. Если в первом квартале 2025 года российские суды провозгласили 298 приговоров, то во втором квартале их число увеличилось до 427. В 2026 году эти показатели оказались существенно выше: 449 приговоровв первом квартале и 696— во втором. Таким образом, уже во втором квартале 2026 года количество вынесенных приговоров превысило показатель аналогичного периода 2025 года почти на63%, что свидетельствует о дальнейшем наращивании практики применения статей 205–205.5 УК РФ.

Более того, только за второй квартал 2026 года российские суды вынесли почти столько же приговоров, сколько за всё первое полугодие 2025 года (696 против 725), что наглядно демонстрирует беспрецедентное ускорение масштабов уголовного преследования по статьям 205–205.5 УК РФ.

Анализ структуры обвинений показывает, что в большинстве случаев фигурантам вменялся лишь один состав из блока статей 205–205.5 УК РФ. Так, из 1234 фигурантов первого полугодия 2026 года 906 человек (73%) обвинялись по одному составу, 294 человек (24%) — сразу по двум, тогда как обвинения потрём и более составам одновременно были предъявлены лишь 34 фигурантам (около 3%). Таким образом, несмотря на наличие отдельных сложных многоэпизодных дел, уголовное преследование по статьям террористической направленности в подавляющем большинстве случаев строится вокруг одного или двух составов преступления.

Сравнение с первым полугодием 2025 года показывает, что наряду с ростом общего числа фигурантов изменилась и структура предъявляемых обвинений. Если годом ранее 85,5% фигурантов обвинялись лишь по одному составу из блока статей 205–205.5 УК РФ, то в первом полугодии 2026 года их доля сократилась до 73,3%.

Одновременно почти вдвое выросла доля лиц, которым одновременно вменялись два состава— с 11,6% до 23,9%. При этом доля фигурантов, обвиняемых по трём и более составам, практически не изменилась и составила около 3% в обоих периодах.

Это свидетельствует о том, что расширение масштабов уголовного преследования сопровождалось, прежде всего, увеличением числа дел, в которых фигурантам одновременно предъявлялись обвинения по двум статьям террористической направленности.

Анализ фигурантов, которым вменялся только один составиз блока статей 205–205.5 УК РФ, показывает существенные изменения в структуре уголовного преследования. Если в первом полугодии 2025 года среди 762 таких фигурантов наиболее распространёнными были обвинения по статьям 205.2 УК РФ (315 человек,41,3%) и 205 УК РФ (292 человека, 38,3%), то в первом полугодии 2026 года картина заметно изменилась.

Из 906 фигурантов, которым вменялся лишь один состав террористической направленности, 487 человек (53,8%)привлекались по статье 205.2 УК РФ, тогда как доля обвинений по статье 205 УК РФ сократилась почти вдвое— до 187 человек (20,6%). Одновременно несколько увеличилось число обвинений по статьям 205.1 УК РФ (с 61 до 97 человек) и 205.5 УК РФ (с 55 до 99 человек), тогда как статьи205.3 и 205.4 по-прежнему применялись сравнительно редко. Таким образом, основным фактором изменения структуры уголовного преследования в первом полугодии 2026 года стало дальнейшее усиление роли статьи 205.2 УК РФ, которая впервые составила более половинывсех односоставных обвинений по статьям террористической направленности.

Среди 294 фигурантов, которым одновременно вменялись два составаиз блока статей 205–205.5 УК РФ, наиболее распространённым оказалось сочетание статей 205.3 и 205.4 УК РФ— оно встретилось в отношении 174 человек, или 59,2% всех фигурантов данной категории. Остальные комбинации встречались значительно реже. Наиболее распространёнными среди них стали сочетания 205.2 и 205.5 УК РФ (23 человека), 205 и 205.5 УК РФ (22 человека), 205 и 205.4 УК РФ (17 человек), а также 205.1 и 205.2 УК РФ (15 человек). Таким образом, для дел с двумя террористическими составами характерна высокая концентрация вокруг ограниченного числа сочетаний, прежде всего комбинации статей 205.3 и 205.4 УК РФ.

Ещё одной характерной особенностью рассмотренных дел стало сочетание обвинений по статьям террористической и экстремистской направленности. В первом полугодии 2026 года как минимум 113 из 1234 фигурантов (9,2%), осуждённых по статьям 205–205.5 УК РФ, одновременно привлекались и по одной либо нескольким статьям 280 УК РФ. Для сравнения, в первом полугодии 2025 года таких фигурантов было 64 из 892 (7,2%). Таким образом, всего за один год их число увеличилось почти на 77%, а доля среди всех фигурантов террористических дел выросла с 7,2% до 9,2%. Это свидетельствует о том, что сочетание террористических и экстремистских составов в рамках одного уголовного дела стало применяться заметно чаще.

Отдельного внимания заслуживает сочетание террористических статей с другими составами преступлений против основ конституционного строя и безопасности государства. Анализ показывает, что в первом полугодии 2026 года 116 из 1234 фигурантов (9,4%), осуждённых по статьям 205–205.5 УК РФ, одновременно привлекались и по статьям 275, 275.1, 276 или 276.1 УК РФ, предусматривающим ответственность за государственную измену, конфиденциальное сотрудничество с иностранным государством и шпионаж. Для сравнения, в первом полугодии 2025 года таких фигурантов насчитывалось 78 из 892 (8,7%). Таким образом, всего за один год их число увеличилось почти на 49%, а доля среди всех фигурантов террористических дел выросла с 8,7% до 9,4%.

Иная динамика наблюдается в отношении статей о диверсии. В первом полугодии 2026 года лишь 9 фигурантов (0,7%) одновременно обвинялись по статьям 281 УК РФ, тогда как годом ранее таких случаев было 18 (2,0%). При этом 7 из 9 фигурантов в 2026 году одновременно обвинялись не только в диверсии, но и по статьям о государственной измене или шпионаже. Это свидетельствует о том, что сочетание террористических статей с обвинениями в государственной измене встречается всё чаще, тогда как комбинация с диверсионными составами, напротив, становится менее распространённой.

Анализ распределения приговоров между судами показывает не только высокую концентрацию дел террористической направленности в ограниченном числе военных судов, но и изменение структуры этой концентрации. Если в первом полугодии 2025 года крупнейшим центром рассмотрения таких дел являлся 2-й Западный окружной военный суд, на который приходилось 258 из 725 приговоров (35,6%), то уже в первом полугодии 2026 года лидирующее положение занял Южный окружной военный суд, провозгласивший 425 из 1145 приговоров (37,1%). На втором месте оказался 2-й Западный окружной военный суд (286 приговоров), за ним следуют Центральный окружной военный суд(156) и 2-й Восточный окружной военный суд(121). В совокупности эти четыре суда вынесли988 из 1145 приговоров, или 86,3%всех приговоров по статьям 205–205.5 УК РФ, провозглашённых в России за первое полугодие 2026 года.

Существенный рост роли Южного окружного военного суда во многом обусловлен особенностями его территориальной подсудности. ПомимоРостовской области, этот суд рассматривает уголовные дела, поступающие с оккупированных Россией территорий Донецкой, Луганской, Херсонской и Запорожской областей Украины, а также из аннексированного Крыма. Именно концентрация уголовных дел, связанных с войной против Украины и преследованием на оккупированных территориях, в значительной степени объясняет, почему за год Южный окружной военный суд стал крупнейшим центром рассмотрения дел террористической направленности в России.

Ещё одной характерной особенностью судебной практики по делам террористической направленности остаётся высокий уровень сокрытия сведений о личности обвиняемых. Анализ показывает, что в первом полугодии 2026 года из 1234 фигурантов, осуждённых по статьям 205–205.5 УК РФ, в отношении 795 человек (64,4%) в судебных карточках было указано лишь обозначение«<Информация скрыта>». Лишь у 439 фигурантов (35,6%) суды раскрыли полные фамилию, имя и отчество. Таким образом, почти две трети всех осуждённых по статьям террористической направленности остаются обезличенными в официальных судебных базах.

Примечательно, что столь высокий уровень обезличивания был зафиксирован уже после массового сокрытия сведений о фигурантах Южным окружным военным судом, основные изменения в базе которого, по данным проведённого ранее исследования, произошли между 15 и 20 марта 2026 года. Именно в этот период число записей с пометкой «Информация скрыта» увеличилось со 129 до 1080. Учитывая, что Южный окружной военный суд рассматривает значительную часть дел террористической направленности, связанных с оккупированными территориями Украины, эти изменения существенно повлияли на доступность информации о фигурантах уголовных дел.

Анализ также показал, что практика раскрытия сведений о фигурантах существенно различается в зависимости от суда. Так, во 2-м Западном окружном военном суде,1-м Восточном окружном военном суде и Северном флотском военном судеимена фигурантов были скрытыво всех без исключения случаях (100%). В то же время Южный окружной военный суд обезличил73,6% фигурантов, тогда как Центральный,2-й Восточный и 1-й Западный окружные военные суды скрывали личности значительно реже — лишь в 12–16% случаев. Таким образом, анализ свидетельствует об отсутствии единого подхода к публикации сведений о фигурантах: уровень открытости судебных данных существенно зависит от конкретного суда.

Несмотря на существенный рост числа уголовных дел террористической направленности, сроки их рассмотрения в судах практически не изменились. Если в первом полугодии 2025 года медианная продолжительность рассмотрения дела составляла 44 дня, а средняя — 92 дня, то в первом полугодии 2026 года эти показатели составили соответственно 42 и 90,6 дня. Таким образом, почти двукратное увеличение числа приговоров по сравнению с аналогичным периодом 2025 года не привело к увеличению сроков судебного разбирательства. Напротив, результаты исследования свидетельствуют о сохранении высокой скорости рассмотрения дел террористической направленности даже в условиях значительно возросшей нагрузки на военные суды.

Анализ движения уголовных дел показывает, что увеличение нагрузки на суды не привело к росту количества нерассмотренных производств. Напротив, несмотря на существенное увеличение числа новых поступлений, доля дел, завершённых в пределах того же полугодия, заметно выросла. Так, в первом полугодии 2025 года в суды поступило 997уголовных дел по статьям 205–205.5 УК РФ, из которых к 30 июня были рассмотрены 518 (52,0%), тогда как 479 дел (48,0%)перешли на последующий период. В первом полугодии 2026 года количество новых поступлений увеличилось до 1341 дела, однако уже 774 дела (57,7%) были рассмотрены до конца полугодия, а число нерассмотренных производств составило 567 (42,3%). Таким образом, несмотря на рост числа поступивших дел почти на 35%, суды не только сохранили высокие темпы рассмотрения, но и увеличили долю дел, завершённых в пределах того же отчётного периода.

Следует учитывать, что не все уголовные делапо статьям 205–205.5 УК РФ могут рассматриваться какполитически мотивированные. В отличие от статей, непосредственно связанных с ограничением свободы выражения мнения (например, 207.3 и 280.3 УК РФ), данная категория охватывает широкий спектр деяний — в том числе подготовку и совершение насильственных преступлений. Именно поэтому анализ подобных дел требует изучения не только их количества, но и структуры обвинений, состава осуждённых и особенностей судебной практики.

Особое место среди статей 205–205.5 УК РФзанимает статья 205.2 («Публичные призывы к осуществлению террористической деятельности, публичное оправдание терроризма или пропаганда терроризма»). В отличие от большинства других статей данной группы, она предусматривает уголовную ответственность за публичные высказывания и распространение информации. На практике эта статья регулярно применяется в отношении журналистов, активистов, блогеров и иных лиц за их публичную позицию, в связи с чем правозащитные организации нередко рассматривают подобные дела как имеющие признаки политически мотивированного уголовного преследования.

Отдельного внимания заслуживает распространённость статьи 205.2 УК РФв общей структуре обвинений. Если в первом полугодии 2025 года она фигурировала в обвинении 348 из 892 фигурантов (39,0%), то в первом полугодии 2026 года — уже 540 из 1234 фигурантов (43,8%), независимо от наличия других статей УК РФ. Таким образом, менее чем за год доля фигурантов, которым вменялась статья 205.2, увеличилась почти на 5 процентных пунктов, что свидетельствует о дальнейшем росте её роли в практике уголовного преследования по статьям террористической направленности. Одновременно заметно выросло и число случаев, когда статья 205.2 являлась единственным обвинением: с 236 фигурантов в первом полугодии 2025 года до 357 в первом полугодии 2026 года (+51,3%).

Сопоставление выявленных осуждённых с базой проекта «Поддержка политзаключённых. Мемориал» показало, что как минимум 427 человек из числа осуждённых в 2026 году по статьям 205–205.5 УК РФ уже включены правозащитниками в список лиц, имеющим признаки политической мотивациии неправомерности уголовного преследования. Это составляет около 35% всех выявленных осуждённых по данной категории дел.

При этом полученная оценка, вероятно, является консервативной. Значительная часть дел террористической направленности остаётся недостаточно изученной независимыми правозащитными организациями, а сведения о многих фигурантах отсутствуют в открытом доступе либо скрываются судами. Кроме того, личности многих осуждённых удаётся установить лишь спустя месяцы после вынесения приговора — например, после публикации апелляционных или кассационных судебных актов, в которых данные о фигурантах нередко раскрываются впервые. В связи с этим реальная доля осуждённых, чьи дела имеют признаки политически мотивированного преследования, может оказаться существенно выше.

Для анализа назначенных наказаний использовались данные проекта «Поддержка политзаключённых. Мемориал», содержащие сведения о видах и размерах наказаний по делам террористической направленности.

Анализ этого массива показывает, что из 427 известных приговоров в 396 случаях (92,7%) основным видом наказания являлось лишение свободы, ещё в одном случае было назначено пожизненное лишение свободы.

Напротив, наказания, не связанные с лишением свободы, встречались крайне редко. В первом полугодии 2026 года штраф в качестве основного наказания был назначен лишь в шести случаях, причём во всех из них фигурантам вменялась статья 205.2 УК РФ (в отдельных делах — в совокупности со статьёй 280 УК РФ).

Это объясняется особенностями законодательства: статья 205.2 является единственной среди статей 205–205.5 УК РФ, предусматривающей в качестве альтернативы лишению свободы наказание в виде штрафа. Таким образом, возможность назначения наказания, не связанного с изоляцией от общества, на практике фактически ограничивается делами, в которых фигурирует статья 205.2 УК РФ.

Сведения о конкретном сроке лишения свободы удалось установить в 359 случаях (84,1%). Средний срок назначенного наказания составил 12 лет 6 месяцев, медианный — 13 лет. Минимальный установленный срок составил 1год лишения свободы(https://memopzk.org/figurant/vojnov-andrej-alekseevich/), максимальный — 29 лет лишения свободы, однако в данном случае речь идёт о совокупном наказании по двум и более уголовным делам. Если учитывать только наказания, назначенные в рамках одного уголовного дела, максимальный установленный срок составил 28 лет лишения свободы (https://memopzk.org/figurant/harin-artyom-eduardovich/). Кроме того, ещё в одном известном случае было назначено пожизненное лишение свободы.

Для анализа демографических характеристик также использовались данные проекта «Поддержка политзаключённых. Мемориал».

Анализ показывает, что фигурантами дел террористической направленности преимущественно являются мужчины. Среди 427 известных фигурантов 391 человек (91,6%) составляли мужчины и 36 (8,4%) — женщины. Возраст удалось установить для 366 человек (85,7%). Средний возраст осуждённых составил 36,8 года, медианный — 35 лет.

Самому молодому известному фигуранту на момент вынесения приговора было 16 лет (https://memopzk.org/figurant/kutuzov-vladimir-sergeevich/), самому пожилому — 71 год (https://memopzk.org/figurant/valiahmetov-fazyl-abdullovich/), что свидетельствует о крайне широком возрастном диапазоне лиц, привлекаемых к уголовной ответственности по статьям террористической направленности. При этом среди осуждённых удалось выявить 10 несовершеннолетних (2,7%)

По данным проекта «Поддержка политзаключённых. Мемориал», как минимум 168 из 427 известных фигурантов (39,3%), осуждённых в первом полугодии 2026 года по статьям террористической направленности, являлись гражданами Украины.

В эту категорию входят как украинские военнослужащие, в том числе военнопленные, осуждённые по террористическим статьям (например, военнослужащие подразделений «Азов» и «Айдар»), так и гражданские лица с оккупированных территорий Украины, обвиняемые, в частности, в поддержке Украины, сотрудничестве с украинскими структурами или иных действиях, квалифицированных российскими следственными органами как преступления террористической направленности.

Для расширения выборки идентифицированных лиц данные проекта «Поддержка политзаключённых. Мемориал» были дополнительно сопоставлены с информацией из реестра Росфинмониторинга, а также с данными, содержащимися в судебных решениях первой и апелляционной инстанций. В результате удалось дополнительно установить личности ещё 75 осуждённых граждан Украины, которые не были идентифицированы в первоначальной выборке. Таким образом, общее число установленных граждан Украины среди осуждённых по статьям террористической направленности составляет как минимум 243 человека.

Проведённое исследование позволяет сделать ряд выводов о современной практике применения статей205–205.5 УК РФ в России.

Во-первых, первое полугодие 2026 года стало периодом беспрецедентного роста числа уголовных дел террористической направленности. За шесть месяцев российские суды провозгласили не менее 1145 приговоров, фигурантами которых стали 1234 человека, что значительно превышает показатели аналогичного периода 2025 года. Если сохранятся текущие темпы, 2026 год имеет все шансы существенно превзойти уже рекордный 2025 год по масштабам уголовного преследования по статьям террористической направленности.

Во-вторых, наиболее заметным изменением в структуре обвинений стало дальнейшее усиление роли статьи 205.2 УК РФ. Среди фигурантов, которым вменялся только один террористический состав, 53,8%были осуждены именно по этой статье. Одновременно почти каждый третий фигурант всего массива (357 человек) был осуждён исключительно по статье 205.2 УК РФ, без каких-либо иных обвинений по Уголовному кодексу. Это свидетельствует о дальнейшем расширении практики уголовного преследования за публичные высказывания и распространение информации, квалифицируемые как оправдание или пропаганда терроризма.

В-третьих, анализ показал устойчивое использование комплексных обвинений. Почти каждый четвёртый фигурант (294 человека) одновременно обвинялся по двум различным террористическим составам, причём почти 60% таких случаев приходилось на сочетание статей 205.3 и 205.4 УК РФ.

В-четвёртых, сохраняется широкая практика совмещения террористических статей с другими составами преступлений против государственной безопасности. Почти каждый десятый фигурант одновременно обвинялся по статьям 275, 275.1, 276 или 276.1 УК РФ, тогда как сочетание террористических обвинений со статьями о диверсии встречалось значительно реже.

В-пятых, исследование выявило смещение центра рассмотрения дел террористической направленности. Если в первом полугодии 2025 года наибольшее число приговоров выносил 2-й Западный окружной военный суд, то уже в первом полугодии 2026 года лидером стал Южный окружной военный суд. Это во многом связано с его территориальной подсудностью, включающей оккупированные территории Украины, что отражает возрастающую роль дел, связанных с войной против Украины, в общей структуре уголовного преследования по статьям террористической направленности.

В-шестых, анализ выявил существенные различия в практике публикации судебной информации. Почти две трети всех фигурантов (64,4%) были обезличены в судебных карточках. При этом уровень сокрытия сведений существенно различался между судами: если ряд военных судов скрывал имена фигурантов во всех без исключения случаях, то другие продолжали публиковать большинство персональных данных.

Наконец, совокупность полученных результатов свидетельствует о продолжающемся расширении масштабов применения антитеррористического законодательства в России. Одновременно меняется и сама структура уголовного преследования: возрастает значение статьи 205.2 УК РФ, увеличивается число комплексных обвинений, сохраняется высокая концентрация рассмотрения дел в нескольких специализированных военных судах, а доступность информации о фигурантах существенно снижается. Всё это позволяет рассматривать первое полугодие 2026 года как новый этап развития практики применения статей террористической направленности, отличающийся как рекордными количественными показателями, так и заметными качественными изменениями в структуре уголовного преследования.

Таким образом, рост применения антитеррористического законодательства происходит не только количественно, но и качественно: меняется структура обвинений, увеличивается роль составов, связанных с выражением мнения, расширяется применение комбинированных обвинений и сокращается прозрачность судебной информации